Счастье за горами, война за углом. История одной семьи из ЛНР

История рядовой семьи из Артемовска Луганской области, за полгода прошедшей путь от спокойной жизни в родном городе до бедственного положения в Донецке.

Семья Ирины Щербины жила размеренной жизнью. В Артемовске у них с мужем был маленький бизнес по продаже саженцев и различного оборудования для садоводства. Денег хватало, в феврале 2014 года родился четвертый ребенок — как шутит теперь мама, «ровесница Майдана». Тогда им казалось, что ничто не сможет разрушить привычный жизненный уклад.

О смерти мамы Вадику еще не говорят. История осиротевшего мальчика из ДНР

Приближение

Первые тревожные звоночки раздались в марте 2014 года. Тогда в город завезли небольшую группу представителей «Правого сектора» (организация запрещена в РФ), которая направлялась в сторону городской администрации. Слух о непрошеных гостях моментально разлетелся по городу. У здания мэрии собралась толпа возмущенных горожан, и приезжим пришлось ретироваться. В скором времени попытка взять город под контроль повторилась. О движущейся колонне радикальных экстремистов люди узнали через соцсети, самоорганизовались и на трассе заблокировали два автобуса с боевиками.

«Когда провозгласили создание ДНР, мы, как и большинство горожан, с воодушевлением приняли это известие, и на референдуме 11 мая проголосовали за отделение от Украины. Тогда были большие очереди на избирательных участках, люди ходили радостные, счастливые, было ощущение праздника», — вспоминает Ирина.

В конце мая к ним в дверь раздался звонок. Ирина открыла и увидела свою давнюю подругу с двумя детьми, которые проживали в Славянске. «Они жили недалеко от телевышки. Тогда днем дети гуляли, прилетел самолет и начал стрелять. Взрывы, все летит в разные стороны, дети очень испугались и забежали домой. Мать на скорую руку собрала вещи, и они побежали к ополченцам, попросили их вывезти».

Придя в себя, гости рассказали о пережитом, о том, как почти сутки просидели в подвале и боялись выходить, о раненой соседке, о шестилетней девочке, убитой миной недалеко от их дома, и многом другом. Ирина тогда впервые поняла, что война из экрана телевизора пришла на порог ее дома.

Перелом

Город резко изменился, появились блокпосты, палатки волонтеров, которые собирали продукты, воду, средства для жителей Славянска, а кроме того — плакаты с призывом вступать в ополчение ДНР. Ушла привычная монотонность, и события стали развиваться с едва уловимой быстротой.

Перемирия здесь не работают. Как живет донецкий поселок под обстрелами

6 июля 2014 года в районе 10 часов утра в центре Артемовска появились два танка, за которыми подтянулись две БМП. На одной из них развевался украинский флаг. Накануне вечером небольшой гарнизон ополченцев получил приказ отходить, и они оставили город, в который утром вошли батальоны «Донбасс» и «Артемовск». Украинские СМИ тут же объявили, что город освобожден в результате решительного штурма и в него возвращаются закон и порядок.

Тем временем в городе начались «зачистки». Люди стали пропадать. Сразу расцвело доносительство, была даже открыта горячая линия, где круглосуточно принимались анонимные звонки с указанием на «сепаратистов». В рядах правоохранительных органов тоже происходили чистки кадрового состава, поэтому их функции взяли на себя боевики. Жаловаться стало некому.

«В первый же день, как они зашли в город, в милицию было подано 20 заявлений об изнасилованиях, об этом мне рассказывал одноклассник, работавший тогда в милиции. Это только зарегистрированные, а так изнасилований было больше. Люди по привычке шли в милицию, они принимали заявления, но разводили руками», — говорит Ирина.

Побег

Жить в постоянном страхе было невозможно, Ирина стала бояться за детей и старалась как можно реже выпускать их на улицу и не оставлять без присмотра. Начались разногласия с мужем. Он ее убеждал, что нужно остаться и потерпеть, что скоро все наладится, но женщина была непреклонна.

«Собака — все, что у меня есть». Беженка отказалась от крова ради пса

Собрав вещи, они пошли на электричку в надежде добраться в город Дебальцево, находившийся на тот момент под контролем ополченцев, а оттуда прямиком в Донецк. Как ни парадоксально, электрички ходили по расписанию, пересекая порой по нескольку раз территории враждующих сторон. В пути электропоезда никто не останавливал, и добраться до конечной станции можно было, минуя досмотры.

В Дебальцеве они узнали, что на Донецком направлении идут бои и дорога туда уже отрезана, город вот-вот тоже будут штурмовать. Ближайшим автобусом семья выехала в Луганск. «Приехали в Луганск, а на вокзале ужас что творится. Слышны взрывы, воют сирены , мелькают кареты скорой помощи. Люди мечутся в панике, мы растерялись и не знали, что делать с детьми, малой тогда полгода было. Дети перепугались, плакали. Такси не было».

Луганск тогда был небезопасным городом и простреливался со всех сторон. Дети очень испугались обстрелов и не хотели здесь оставаться — семья остановилась в хостеле. Муж Ирины нашел водителя, и тот за приличную сумму согласился отвезти семью в Донецк, куда добрались в итоге без особых приключений.

Жизнь в Донецке

Донецк встретил Ирину мрачной тишиной пустынных улиц. Некогда цветущий и оживленный город казался безлюдным. Не было привычной суеты, снующих по городу зевак, беспечной молодежи и мам с колясками, любивших коротать полуденный зной в тени аллей бульвара Пушкина.

«Люди второго сорта». Как самая большая семья Украины уехала в Донецк

Квартиру нашли очень быстро, трехкомнатную в Киевском районе, не слишком безопасном, но выхода уже не было, потому что заканчивались деньги. Муж прожил с семьей неделю и поехал на заработки в Россию. Сначала кочевал по стройкам и регулярно высылал им заработанное. Потом помощь от него стала поступать все реже, а затем он и вовсе пропал. Родственники нашли его в соцсетях, но на запросы он не отвечает, не звонит сам. В итоге Ирина решила переехать.

«Обстрелы не прекращались, из Донецка люди уезжали, а мы, наоборот, приехали. Нам говорили: „Вы что, бегите!“ Но уже не было возможности. Дети очень боялись, и мы решили сменить район на более безопасный», — говорит Ирина.

Донецк под обстрелом. Репортаж из «опасной зоны» ДНР

Помогли волонтеры, нашли квартиру в Калининском районе, перевезли в нее семью и дали немного денег. Из-за постоянных стрессов у сына упало зрение до 40%, из-за чего ребенок не может посещать школу, учителя занимаются с ним индивидуально. Восстановить зрение еще возможно, но средств для этого у Ирины нет. Весь доход семьи на сегодня составляет 7000 рублей: в департаменте социальной помощи ДНР им платят как многодетной семье 4000 рублей, и еще 3000 Ирина получает, так как ухаживает за ребенком и не может работать. Из этой суммы половину она вынуждена отдавать за жилье. Вскоре у семьи возникли трудности, денег на аренду не хватало, и Ирина снова обратилась к волонтерам. Их перевезли в другую квартиру и снабдили деньгами и продуктами. Хозяева новой квартиры оказались людьми отзывчивыми.

Возвращаться в Артемовск у Ирины нет ни желания, ни возможности. «Порядка в городе стало больше по сравнению с 2014 годом. Но люди все равно запуганы и продолжают бояться. Многие поуезжали, а в пустующие квартиры заселились семьи украинских военнослужащих и выходцы с западной Украины. В нашей квартире, по рассказам, тоже живут военные, поэтому нам некуда возвращаться. В городе ждут, когда придут ополченцы и их освободят. А в ВСУ на это говорят, что город заминирован и они его в таком случае просто взорвут», — говорит она. Но надежды вернуться домой семья не теряет.

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Comments links could be nofollow free.