«Отделались условным». Как наказывали виновников крупных пожаров?

Виновные в пожарах, в которых погибли десятки человек, часто получают весьма мягкое наказание. Почему?

10 апреля 2003 г. в Махачкале в школе-интернате для глухо­немых детей при пожаре погибли 30 воспитанников. Директор и её зам получили 3 и 2 года условно.

24 ноября 2003 г. в результате пожара в общежитии № 6 Российского университета дружбы народов погибли 44 человека. На скамье подсудимых было 6 человек. 4 получили условные сроки, двое — 1,5-2 года колонии-поселения. 

Плоды «Зимней вишни». Семеро обвиняемых взяты под стражу

10 ноября 2004 г. в пожаре в общежитии ТЭЦ в Кызыле погибли 26 человек (12 детей). Инспектору Госпожнадзора дали 4 года условно.

16 января 2006 г. во Влади­востоке при пожаре в торгово-офисном центре погибли 9 человек. Виновные получили максимум 2 года.

20 марта 2007 г. в ст. Камышеватской загорелся дом-интернат для престарелых. Погибли 63 человека. Директор и зам получили 3,5 и 4 года.

4 ноября 2007 г. в Тульской обл. произошёл пожар в доме-интернате для престарелых. Погибли 32 человека. Директор получил 5 лет, его зам — 4 года колонии-поселения.

5 декабря 2009 г. в Перми загорелся ночной клуб «Хромая лошадь». Погибли 156 человек, из-за чего приговоры были необычайно суровыми. Осуждены 8 человек, сроки — от 4 лет до 9 лет и 10 месяцев.

26 апреля 2013 г. крупный пожар произошёл в деревянном корпусе психбольницы № 14 Дмитровского района Москов­ской обл. — 38 погибших. Главврач и зам получили по 4,5 года, но были тут же амнистированы со снятием судимости.

13 сентября 2013 г. в д. Лука Новгородской обл. в результате пожара в психоневрологическом интернате погибли 37 человек. Директор получил 5,5 года колонии, зам — 4 года колонии-поселения. 

27 августа 2016 г. в Москве сгорел склад типографии ООО «Печатный экспресс». Погибли 17 человек. Гендиректор и главный инженер получили 2,5 года и 3,5 года колонии-поселения.

— В таких случая возбуждают дела по ст. 109 УК (неосторожное причинение смерти), ст. 219 (нарушение правил противо­пожарной безопасности) и ст. 238 (оказание услуг ненадлежащего качества), — объясняет адвокат Евгений Корчаго. — По двум последним статьям наказание максимум до 7-10 лет, сколько бы людей ни погибло. По первой максимальный срок — до 4 лет. Оно считается преступлением средней тяжести, поэтому обвиняемые часто попадают под амнистию. 

Почему здания становятся монстрами

Если бы у нас сажали тех, кто действительно должен отвечать за трагедии, тогда и сроки бы давали соответствующие. Но, как правило, виновным признаётся очередной «стрелочник». 

Вот вам пример. Проектировщики закладывают в проект ТЦ качественные материалы, которые почти не горят и не выделяют при горении вредных продуктов. Но заказчик говорит, что, мол, дорого, надо менять их на аналоги подешевле, а в документах оставить первый — качественный — вариант. Строители тоже решают сэкономить уже в своих интересах и берут ещё более дешёвые материалы. Хоть кто-то из этой цепочки привлечён к ответственности после крупных пожаров? Нет! 

Далее: начальство часто говорит сотрудникам правоохранительных и контролирующих органов: делай, как надо, а мы тебя прикроем. Пример: когда в Казани сгорел торговый центр, за полгода до этого прокуратура Татарстана подала иск о при­остановлении его деятельности на основании нарушений правил пожарной безопасности. Прокурор региона дал своему помощнику указание отказаться от иска. Тот потребовал письменный приказ об этом, да ещё и в суде заявил, что вынужден подчиниться против своей воли. Это зафиксировано в протоколе судебного заседания! Но таких принципиальных помощников у нас в стране можно по пальцам пересчитать. 

Считаю, что в этом вопросе надо говорить не об ужесточении наказания, а о его неотвратимо­сти. Причём для тех, кто реально отвечает за эти вещи, а не для «стрелочников». 

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Comments links could be nofollow free.